Постоянное представительство Российской Федерации при Европейском союзе
+322-375-66-29, 374-63-47
+322-374-63-47
/
ru en

Комментарий В.А.Чижова российским СМИ по ситуации вокруг «брекзита»

Вчерашний день, 29 марта 2019 г., должен был стать датой выхода Соединенного Королевства из Европейского союза. Ее определили сами инициаторы «брекзита» в Лондоне два года назад, которых никто не подгонял и не задерживал. Поэтому, наверное, неслучайно наличием свободного места в аду для тех, кто затеял «брекзит», не имея о нем четкого представления, интересовался Председатель Евросовета Д.Туск.

Как бы то ни было, уж полночь близится, а «брекзита» все нет. Некоторое время назад, заведя ситуацию в полный тупик, Т.Мэй попросила Евросоюз об отсрочке до 30 июня. Такой щедрости ее партнеры не проявили, предложив в ответ два варианта. Если согласованное еще в ноябре прошлого года Соглашение о выходе все-таки будет одобрено депутатами британского парламента, то на завершение всех законодательных процедур Лондону дается дополнительный срок до 22 мая. Иначе срок еще более жесткий – 12 апреля.

Все эти три даты неслучайны – они увязаны с графиком подготовки и проведения выборов в Европарламент. Именно с 13 апреля начинается официальная предвыборная кампания, с 23 мая – сами выборы, а 2 июля (спустя два дня после 30 июня) Европарламент нового созыва собирается на первое заседание.

Как мы знаем, депутаты Палаты общин последовательно отвергли практически все варианты выхода из ситуации – «жесткий» выход без сделки, второй референдум, сохранение Великобритании в таможенном союзе и т.д. – и в итоге ознаменовали несостоявшийся «день брекзита» голосованием, в ходе которого с перевесом в 58 голосов в третий раз благополучно провалили Соглашение о выходе. Причем на голосование уже не выносилась политическая декларация о дальнейших взаимоотношениях Великобритании с Евросоюзом, но все равно получился негативный результат.

Т.Мэй, конечно, рассчитывала получить отсрочку до 22 мая и избежать странного, если не сказать смешного, варианта развития событий, при котором Великобритании сейчас пришлось бы заниматься подготовкой и проведением выборов своих депутатов в Европарламент. Эта ситуация может показаться гротескной, но дело обстоит именно так: оставаться членом Евросоюза после этих выборов Великобритания, не избрав своих представителей, уже не может.

Какова первая реакция на этом берегу Ла-Манша? – Д.Туск отреагировал в «Твиттере» подтверждением ранее объявленного намерения созвать экстренное заседание саммита ЕС – Евросовета – 10 апреля. Более субстантивная и весьма жесткая, судя по всему заранее заготовленная, реакция последовала от Еврокомиссии, подтвердившей, что вариант выхода без сделки в полночь 12 апреля ныне весьма вероятен. Евросоюз, – успокоила ЕК общественность 27 стран, – готовился к такому варианту еще с декабря 2017 года, и сейчас находится во всеоружии, оставаясь единым. При этом все поблажки, которые несло бы в себе одобрение Соглашения о выходе, в частности переходный период почти на два года, более неактуальны.

Гадать, что произойдет в ближайшие дни, я не буду. Но до 12 апреля у правительства Т.Мэй осталось намного меньше вариантов, чем было до сегодняшнего дня. Хотя они есть.

Во-первых, можно попытаться в четвертый раз внести в парламент пресловутое Соглашение, на что премьер уже успела намекнуть. Правда, шансов на то, что итоги этого голосования будут сильно отличаться, на данный момент не просматривается.

Можно все бросить, как Т.Мэй уже предлагала сделать, и, хлопнув дверью, уйти с поста Премьер-министра. Но проблема при этом с ней едва ли уйдет.

Вариант досрочных выборов потребовал бы договоренности с Евросоюзом об очередной отсрочке, которую ЕС, как я себе это представляю, мог бы дать при условии, что досрочные выборы будут проходить одновременно или параллельно с выборами в Европарламент. И честно говоря, сегодня трудно себе представить какого-либо политического деятеля Великобритании, независимо от партийной принадлежности, который отважился бы в этих условиях баллотироваться в Европарламент.

Наконец, есть радикальный вариант – так сказать, повернуть колесо истории вспять и вообще отказаться от «брекзита». Эта возможность у британского правительства пока остается. Но в Брюсселе резонно задаются вопросом: если это произойдет, то где гарантия, что через год-два пришедшие на смену Т.Мэй руководители (а пока наиболее активно ведущие себя кандидаты в премьеры – это как раз представители крыла «жестких брекзитеров» Консервативной партии) вновь не поставят вопрос о выходе, затеяв новый переговорный процесс с ЕС. Понятно, что к такому варианту партнеры Великобритании относятся с большим резервом.

То же самое означал бы исключенный предыдущим голосованием вариант о втором референдуме, потому что даже если бы он показал обратный результат, британская политическая элита и общество остались бы разделенными. И нашлись бы люди, которые скажут: мол, если можно второй, то почему бы не провести и третий – в расчете на то, что настроение избирателей опять поменяется.

Ныне мы наблюдаем, конечно, ситуацию с явными элементами политического хаоса, полную беспомощность нынешнего правительства, у которого, похоже, лучше получается бороться с мифическими российскими угрозами, нежели решать насущные проблемы собственной страны.

Окончательная развязка так или иначе неизбежна, причем в ближайшие дни. И если Т.Мэй все-таки рискнет вынести Соглашение о выходе на четвертое голосование, мы увидим очередной акт этого Марлезонского балета…